Его оставили в маршрутке. История Женьки Великанова

Мальчик

Его оставили в маршрутке. Когда рассказывают истории о том, что ребёнка какие-то непутёвые мамаши забывают в такси — верится слабо. Пока эта ситуация не коснётся тебя.

Произошло это три года назад, но я до сих пор иногда встречаю этого мальчика, и сразу буря чувств просыпается внутри. А ведь не виноват он ни в чём. Он же дитя малое, несмышлёное.

***

Снег вперемешку с ветром бежал рядом с маршруткой, иногда обгоняя её на коротких остановках, и как только открывались двери — забрасывал в салон очередную порцию снежной воды.

На «Площади Труда» в маршрутку сели пара с ребёнком. Шумели, громко, в голос обсуждали вчерашнюю вечеринку. По салону стал быстро распространяться запах перегара. Сразу и нельзя было заметить маленького мальчика лет 4-5, который забился в угол на единственное свободное место и, не отрываясь, смотрел в окно.

На «Рассвете» почти все пассажиры вышли. Вышла и пара, всю дорогу то выяснявшая отношения, то обсуждавшая вчерашний вечер. В салоне остались две женщины и мальчишка. Женька испуганно открыл глаза от непонятной тишины и осмотрелся. Матери с мужчиной не было в салоне.

Его детские большие глаза стали становиться всё больше и больше.

-Стой! — закричал мальчишка и бросился к двери.

— На остановке остановлю. Проспал что ли? — спросил водитель, поглядывая в зеркало заднего вида.

— Меня опять забыли, — грустно ответил Женя. (Опять!).

На следующей остановке мальчик выбежал и бросился на «Рассвет». На остановке никого не было. Его никто не ждал. Женька осмотрелся и поплёлся до кинотеатра. Стоял на ступеньках и ждал он, наверное, минут десять, пока не стало холодно.

— Мальчик, а ты чей? — спросила пожилая женщина, обратившая на него внимание.

— Великанов, — ответил Женя.

— Ого, — смутилась женщина, — Фамилия у тебя знатная. А зовут как?

Она осмотрела мальчишку ещё раз. Маленький, лицо круглое, глаза большие. Одет по сезону, только шапка немного большая и нет рукавичек.

— Зеня, — ответил мальчик и зашагал по тротуару.

— Куда это ты Женя, родители где?

— В маршлутке забыли.

— Вот те на. А куда ты тогда пошёл?

— В садик.

— Пойдём-ка, милок, я тебя провожу, — женщина вцепилась в рукав мальчишки и не отпускала его. Но он и не сопротивлялся. Наоборот, ластился к женщине.

Дорогу с этой остановки Женя знал плохо. Вскоре к ним присоединилась ещё одна женщина и, поговорив немного с ребёнком, женщины выяснили, наконец, как называется садик.

— Миска! Ми-с-ка — кричал Женя, догоняя нас с сыном.

— Отстать, — отталкивал мальчика мой Миша.

— Миш, — одёрнула я.

— Он меня достаёт в саду. Дерётся! — возмущаясь, начал сын.

— Не буду! — Женя не отцеплялся от куртки сына.

Женщины наперебой стали спрашивать меня знаю ли я мальчика, стали рассказывать, что его забыли в маршрутке и его нужно довести до садика.

Мы пошли вместе. А ещё несколько метров до здания я вспоминала лето 2018 года. Когда я после перед полдником пришла забирать сына из детского сада, и ему завернули в салфетку коржик, чтобы он съел дома. Женя наскочил на сына, забрал коржик и в рот.

Драчливый, неуправляемый ребёнок обидел моего сына, а я стояла и не знала что делать, в такой ситуации. Растерялась. Мишка долго плакал тогда и коржиков больше не было, я прижимала сына к себе и видела как менялось лицо Женьки. Он отдал бы все коржики мира, чтобы его обняли также.

Лишённый материнского тепла, этот мальчишечка просто лип ко всем. Если не получалось обратить внимание на себя, делал гадости. А это срабатывало всегда. Его ненавидели.

А потом у Женьки обнаружили педикулёз. Его побрили наголо. А всю группу закрыли на карантин и очень долго обрабатывали.

***

В кабинете заведующей было душно.

— Нет, вот вы мне скажите, как женщина, как мать, разве можно было оставить его на остановке?

Заведующая внимательно слушала, теребя кончик листа.

— Почему вы не вызываете полицию, пусть приезжают и разбираются, опеку вызывайте? — спрашивала вторая женщина.

— Мать — одиночка она, не в первый раз теряется Женя. Уже и в опеку обращались и по другим инстанциям. Одна она у него, отец появляется очень редко, семья у него другая. С бабушкой живут. На бабушке все и держится. Я поговорю с матерью ещё раз и соберу собрание.

Женщины немного успокоились и вышли из кабинета, всё ещё недовольно ворча.

А я шла домой и всю дорогу думала. Как? Как можно оставить ребёнка в маршрутке и уйти без него куда-то. Не вспомнить. Позвонили бабушке. Мать спит. Сказала, что Женьку увела в сад. Она даже не помнила, что было…

Пока мы не выпустились из детского сада в прошлом году, мать не была лишена родительских прав, ей всё давали и давали шанс. Она периодически устраивалась на работу. Работала месяц, потом увольнялась. Молодая, здоровая, привлекательная женщина. Какая ситуация сейчас, я не знаю. Но так как вижу мальчика периодически, значит — живёт дома.

И знаете, как бы плохо это не звучало, я была рада, когда у его матери не было денег на детский сад. Огромный долг с прошлого года она закрыла только к ноябрю, и Женька не ходил пару месяцев. Все остальные дети с удовольствием ходили в группу. Женька был наказанием. И его терпели. Бить нельзя, обзывать нельзя. Его можно было только игнорировать, но игнор разжигал в мальчике злость и агрессию.

Создавались комиссии, Женька проходил врачей, родители строчили заявления во все инстанции, чтобы мальчика перевели из нашей группы, но весной всех распустили по домам, и всё закончилось.

И радостно и плакать хочется, прямо как в анекдоте про ёжика, который ел кактус и плакал…

 

Источник

Его оставили в маршрутке. История Женьки Великанова